Духовный руководитель

Истиный духовный руководитель (письма Игнатия Брянчанинова)

Кто такие - духовные руководители? Наверное, те - кто каждый на своем месте несет пастырское служение, отвечая перед Богом за вверенные им человеческие души.

Источником и ориентиром хода моего размышления послужили труды и письма святителя Игнатия. Письма святителя Игнатия - с его же слов - это милостыня, которую он как монах, не имеющий ничего кроме слова, щедро подал нам для нашей душевной пользы, чтобы мы стали почаще размышлять о временности этой жизни, понудили себя познакомиться с Богом заблаговременно, начали более заботиться о рождении в вечность, научились молиться, стяжая дерзновение на Страшный Суд, оставили угождение дьяволу в различных мирских заботах и забавах.

Мысли и темы, затронутые в полном собрании писем за всю его жинь, дают потомкам бесценный, ясный, богатый, чрезвычайно редкий и нужный опыт.

Одной из самых важных тем писем святителя Игнатия стал его поиск истинного духовного руководителя.

С первых шагов монашеской жизни, для правильного шествия по аскетическому пути, Владыка Игнатий искал в наставники опытного духовного руководителя. Образование и знание языков позволили ему знакомиться с трудами святых отцов в оригинале. Обладая богатыми знаниями святых отцов, Владыка в монашеской жизни своего времени нашел сильные отличия, приведшие его к выводу, что монашество с основной целью внутреннего духовного подвига почти утрачено, а истинных духовных руководителей почти не осталось. Встречи с различными подвижниками своего времени показывало ему, что область подвига переместилась, преимущественно, для показа, без должного внутреннего духовного делания.

Во многих обителях воздвигаются всевозможные, в том числе и значительных размеров, здания, которые делают обитель внешне процветающей. Это обман. Само же монашество быстро уничтожается. «Душевный подвиг почти повсеместно отвергнут; самое понятнее о нем потеряно», «Повсеместное оставление внутреннего делания и удовлетворение себя наружностию на показ. Весьма часто актерскую наружностию маскируется страшная безнравственность», «Нет монахов, а актер ничего не сделает». “... душепагубное актерство и печальнейшая комедия – старцы, которые принимают на себя роль древних святых Старцев, не имея их духовных дарований, да ведуют, что самое их намерение, самые мысли и понятия их о великом иноческом делании – послушании суть ложные, что самый их образ мыслей, их разум, их знание суть самообольщение и бесовская прелесть...”

1Святитель Игнатий хорошо видел последствия и причины упадка монашества, которые хорошо выразил в следующих словах: «монашество - это барометр, который, стоя в уединенной комнате, со всех сторон замкнутой, с точностью показывает состояние погоды на улице», т.е. в нашем обществе.

Ища духовного руководителя, Святитель Игнатий пошел своим не простым крестным путем («Инокам последнего времени суждено спасаться скорбями. Искусных старцев нет. Боговдохновенные уставы иноческие и жизнь потрясены установлениями простого разума человеческого; духовное преуспевшие исключительно какого-либо лица опасно, потому что непременно влечет имеющего его в превозношенную и уничижению ближнего. По сим причинам осталось израбатывать спасение одним крестом. Таков удел ныне спасающихся, а между ними и - твой»). Он внес предельную ясность в вопросы духовных руководителей. Это касается правильной модели отношений духовных руководителей и подопечных в монастырях, и правильной модели отношений между приходскими пастырями и мирянами. Владыка особенно указывает на то, что в миру между священником и прихожанином вообще не должно формироваться модели старца и чада. Есть серьезные отличия между духовным руководством, называемым «послушанием» и «советом»: «Скромное отношение советника к наставляемому – совсем другое, нежели старца к безусловному послушнику... Совет не заключает в себе условия непременно исполнять его: он может быть исполнен и не исполнен» «Очевидно, что умерщвление падшей воли, совершаемое так величественно и победоносно волею Духа Божия, не может совершаться падшею волею наставника, когда сам наставник еще порабощен страстям».

Как у людей с поврежденным каким-либо органом чувств обостряются оставшиеся чувства, так и через личное лишение - отсутствие живущего и искомого духовного руководителя, - обострилось размышление по вопросу духовного руководителя у святителя Игнатия. Мысли святителя со стали общецерковным мнением по многим духовным вопросам и ориентиром в воспитании будущих пастырей. Размышляя о будущем, Святитель Игнатий много думал о духовном образовании, как об источнике истинных духовных руководителей. «Весьма полезно воспитанников духовных училищ удалять, по возможности, от соблазнительных впечатлений мира и самому образованию дать характер более сильный и определенный, чтобы образование действовало не только на ум, но и на сердце, чтобы образованный в духовном училище воспитанник получал решительный характер православного христианина, приготовившегося служить Церкви от всей души», «Необходимо подробное преподавание Церковной истории, чтобы воспитанники имели понятие о характерах исторических лиц и сами формировались по характерам истинных служителей Церкви». Образование формирует будущее поколение, которое может улучшить состояние церкви или наоборот.

Для нас примером истинного духовного руководителя стал сам Владыка Игнатий. Он духовно окормлял свою многочисленную паству, содействовал нравственному совершенству искавших Бога людей, раскрывал красоту и величие Святого Православия. Многосторонняя опытность, особый дар смотреть на все духовно, глубокая проницательность, постоянное и точное самонаблюдение сделали его весьма искусным в лечении духовных и душевных недугов. Советы даваемые в письмах к тем или иным лицам дают образ духовного руководителя с которым можно было бы сверяться.

Святитель Игнатий считал, что невозможно помочь ни себе, ни ближнему, если нет Веры в Бога. «Мы настоятели - не более, как орудия Промысла Божия. Мы сами по себе ничего не значим и без особенной помощи Божией не можем окромлять не только ближних, но и самих себя».

Поэтому при вразумлении близких нужно возложить все упование на промысел Божий. «О не покоряющихся и не внимающих слову спасения, не надо очень печалиться, но сказав им подобающее, предавать их воле Божией, которая может их обратить на правый путь через другие орудия и средства, которых в деснице Его бесчисленное множество».

«Говорю только вопрошающим, и то, когда уверен, что вопрошают искренно, по требованию души, а не мимоходом, или по любопытству»

В попытке помочь себе и ближнему нужно усиливать, в первую очередь, молитвенный подвиг. «На ближних сильнее действует молитва о них, нежели слово к ним: потому что молитва вводит в действие Самого всесильного Бога, и Бог творит с созданием Своим все, что Ему благоугодно», «Подвиг телесный слаб против греха, подвиг размышления ничтожен: силен подвиг веры! Он наперстник победы! Когда ощутишь нашествие силы греховной, не входи в переговоры с супостатами - открывай на них огонь, рази их громами, попадая молнией небесной. Этот огонь, эти громы, эта молния — молитва».

Молитву нужно совершать со вниманием. «Верный свидетель истинной молитвы - внимание (т.е. когда ум вполне заключается в слова молитвы, не принимая ни только никакого мечтания, но ниже мнения, т.е. мысли, принадлежащей к ветхому разуму) примирение ко всем, любовь и вкупе мертвость ко всем. Вкуси жизни, хранись, что снова не умереть. По принятии дара ожидай искушения, а когда оно придет - не смутись».

Когда даешь советы, нужно молить Бога открыть тебе разум. «Приходящих к Вам за советом принимайте со страхом Божиим и при каждом приходе их, моля Бога, чтобы Он давал Вам сказать ближнему слово полезное. Обращаясь с молитвой к Богу перед каждой беседой с ближним, Вы будете очищать Ваши беседы от тщеславиия. Говорите с осторожностью не вдаваясь в многословие. Пустых, любопытных вопросов приходящим не делайте и от разговора о делах монастыря и о всех делах мира сего старайтесь уложиться».

Учить других нужно из своего опыта, со смирением. «Исключительно только по скудности времени, мы должны делиться с ближними нашими скудным знанием. Если будете совершать это дело со смирением, не попуская действовать своему «Я», то и за это дело, как оно ни недостаточно, Божия милость осенит Вас».

Перед молитвенным трудом и подвигом нужно пройти все ступени телесного подвига. «Всякому новоначальному сперва надо преподать делание заповедей Христовых, совершаемое телом, а когда по значительном времени он окажется верным в этом делании, то преподать ему и блюдение ума, но только очень просто и умеренно. Что греховных помыслов не должно принимать - это надо сказать с самого начала. Все в вертограде Христовом совершается с великим терпением: семена иных растений всходят во второй и третий год. И свою душу, и души ближних своих заповедано нас стяжавать в терпение».

Нужно знать точно приемы врага, оставившего мечи и копья. «По нашему времени брани не столько жестоки, сколько тонки. Борец сделался необыкновенно опытен, как бы какой гомеопат, и видя, что булавки и иголки смертоносны, при ловком действии ими, а шума не делают, по неприметности их, оставил мечи и копьи, произведшие мучеников в покое».

Нельзя увлекаться поиском любви к себе, а искать в себе любовь к ближним. «Прекрасно сказал Георгий затворник: «Не ищу, любят ли меня, - ищу: люблю ли я других?»

Нужно избегать воображения. «Тебе рано ожидать большого мира: твоя кровь еще очень жива, и от того сильно действует воображение, которым выводится душа из спокойного устроения. Надо перетерпеть это время: оно пройдет».

Нельзя требовать от людей, того что они не могут сделать, нужно хранить мир, ожидая их произвольного движения к Богу. «Святые Отцы не велят искать от ближнего исполнения заповеди, потому что это только нарушает мир».

Нужно постоянно вглядываться в себя. «Святые Отцы называют якорем самоукорение; сомоукорением удерживай свою душу от потопления».

Нельзя дерзить начальствующим. «Сохрани бездерзновенность и перед благонамеренным начальством, ибо бездерзновение к начальству, хотя и самому доброму, есть единственное условие прочного мира с ним».

Не количеством нужно идти к Богу. «По словам Отцов, умеренному и постоянному правилу цены нет. И потому в жительстве своем сохраняй благоразумную соразмеренность, не связывая себя количеством».

К своим мыслям их последующему выходу в различных письменных трудах нужно относиться крайне трезво, повергая их самой строгой критике. В одном из писем к о. Антонию Святитель Игнатий пишет следующее: «Мне очень нравится метод Пушкина по отношению к его сочинениям. Он подвергал их самой строгой собственной критике, пользуясь охотно замечаниями других литераторов. Затем он беспощадно вымарывал в своих сочинениях излишние слова и выражения, также слова и выражения сколько-нибудь натянутые, тяжелые, неестественные. От такой вычистки и выработки его сочинения получали необыкновенную чистоту слога и ясность смысла. Как они читаются легко! В них нет слова лишнего! От чего? От беспощадной вычистки».

Жить надобно под руководством Отеческих писаний«По учению Отцов, жительство... единственно приличествующее нашему времени, есть жительство под руководством Отеческих писаний с советом преуспевших, современных братий; этот совет опять должно поверять по писанию Отцов. Отцы первых веков Церкви особенно советуют искать руководителя Боговдохновенного... Отцы, отделенные от времен Христовых тысячелетием, повторяя совет своих предшественников, уже жалуются на редкость Боговдохновенных наставников, на появившееся множество лжеучителей, и предлагают в руководство Священное и святое Писание и Отеческие писания. Отцы, близкие к нашему времени, называют Боговдохновенных руководителей достоянием древности, и уже решительно завещевают в руководство Священное и Святое Писание, проверяемый по этим Писаниям, принимаемый с величайшей осмотрительностью и осторожностью совет...»

После приведения трудов и писем святителя Игнатия, в заключение своей работы, хотелось бы кратко выразить свое мнение относительно образа духовного руководителя.

Однозначного и точного образа духовного руководителя, наверное, нет. В силу того, что каждый человек индивидуален и наделен от Бога различными талантами. Смею предположить, что в наше непростое время оскудения веры, духовным руководителем должен быть христианин, имеющий сильную веру, достигший достаточной меры зрелости, ведущий строгую внутреннюю духовную жизнь, руководящий паствой исключительно на началах личного примера и опыта. Находясь постоянно на виду, современный пастырь должен, как праведный Иоанн Кронштадский, вести паству к Богу примером личного благочестия. И, как Владыка Антоний Сурожский, показывать пример глубокого опытного Богопознания, отвечавщего на поставленные духовные вопросы, исключительно на основе своего личного духовного опыта. «Муж неискушен, неискусен, а искушенный примет венец жизни и стяжет дар помогать искушаемым».

Зажечь свет Христов в человеческих сердцах сможет духовный вождь с чистым сердцем, переживший встречу с Богом, имеющий богатый духовный и жизненный опыт, умеющий не раздражать духовно неспособных, смотрящий на себя абсолютно трезво и сочетающий в себе, твердую волю, воспитанность, образованность, трудолюбие, смирение и искреннее благочестие.

Разговаривая со многими, я выяснил, что по данному вопросу есть другие мнения с ссылкой на труды Феофана Затворника. Думаю, различие и многообразие взглядов необходимо для формирования правильного понимания вещей. Для меня лично допущенные мною рассуждения положили начало в осмысление этого непростой но важного вопроса.